Читать дальшеКэлен вспоминала о Мерцающих в ночи, которые жили на полянах в далеких, древних лесах. По вечерам они начинали свои пляски над цветущими полянами. Не раз доводилось ей ночью, лежа в душистой траве, вести с ними беседы о том, что волновало все живые существа — о грезах, надеждах, любви.
Она думала и о тех прозрачно-призрачных существах, что жили на Продолговатом озере, едва различимых для глаз, которые, казалось, сами были сотворены из озерной воды. С ними она никогда не беседовала, да у них и не было дара речи; но она не раз любовалась их ночными играми на берегу озера, они хорошо понимали друг друга, и она поклялась защищать их.
Не могла Кэлен не вспомнить и о древесном народе, о таинственных существах, чей шепот как шорох листвы, тот, кто их не знает, может даже испугаться, но те, кто их знал так, как их знала Кэлен, с огромным удовольствием беседовали с этими славными созданиями. Дети древесного народа все были родственниками, потому что их корни срослись в земле. У каждого из них была своя душа, каждый мог назвать свое имя, но жизнь у всех общая. Если кто-то срубал дерево, все они мучились от боли. Между ними всегда существовала неразрывная связь. Если вырубали лес в каком-то краю, то это приносило страдания всему древесному народу. Кэлен видела их страдания. Их стоны могли бы заставить плакать даже небо.
Жили в Срединных Землях и другие волшебные существа, как и люди, наделенные волшебным даром.(c)